Николай Усков на линии

Как поссорились Николай Усков и Леонид Бершидский.

Леонид Бершидский на своей странице в Фейсбуке опубликовал заметку “Микроскопические трусики“, в которой привел небольшую цитату из нового монументального труда оплота российской журналистики Николая Ускова (цитирую полностью):

В издательстве ЭКСМО вышел роман главреда GQ Николая Ускова “Семь ангелов”. Пролог озаглавлен “Авиньон, лето Господне 1352 год, 6 декабря”. Заинтриговало.

Открыл и читаю, уже не про Авиньон: “Он оторвался от розовых губ девушки. Ее веснушчатое лицо разрумянилось, взмокшая прядь темно-русых волос прилипла ко лбу. Ровные ряды белых зубов искрились в полумраке. Алехин уловил жаркое, молочное на вкус дыхание. Ее медовые глаза были широко распахнуты и выглядели глупыми. То ли от страха, то ли от удивления. “Я хочу тебя”, — его рука забралась под короткую юбочку, от стянул микроскопические трусики, подсадил ее на садовый стол и вошел, не раздеваясь. Было неудобно — мешали штаны…”

Николай свет Усков смертельно обиделся и замахнулся малохольным кулачком в сторону Леонида:

Все-таки Леонид Бершидский мудило. Вот так бывает. Ты вроде уважаешь чувака, даже пишешь ему в его слонру, а он, оказывается, мудило. То есть подозрения были и раньше, потому и перестал писать в слонру, где какие-то уебаны несут хуйню под видом научной экспертизы. Я думал, что ошибаюсь. Парень делал газету “Ведомости”. Хорошую газету. Но вот вопрос, отчего вместо газеты “Ведомости” он теперь делает слонру. Ну, я этот вопрос старался себе не задавать, уходил от него, как мог. А теперь не могу. Газету “Ведомости” не может делать мудило. Его оттуда выпиздовали. Под зад ногой. Мудило может делать слонру с такими же мудилами, как он сам. Рад, что прервал всякое сотрудничество, хоть одолевали, писали, просили. Тем не менее мы с Бершидским светски общались, даже сходил в его передачу на СТС, чтобы поддержать. Но зря. Передачу закрыли. Потому что хуевая. Рано или поздно закроется и его хуевый сайт.

Я обычно становлюсь злым, когда вижу, как обычные ребята и девчата, как вы, да я, как белый свет, начинают самоутверждаться за счет других, за счет меня. Мудило прочло пару страниц моей книги “СЕМЬ АНГЕЛОВ”. Наткнулось на фразу “микроскопические трусики” и заржало. Как задрот. Не знаю, какие трусики, Бершидский, носят Ваши бабы, – вероятно, парашюты. Мои носят микроскопические. Уебитесь от зависти. Всем прочим задротам, которые лишены нормальных баб в нормальных трусах, советую выпить яду.

Подобной реакции я бы скорее ожидал от молодого талантливого автора боевой фантастики, публикующегося на Самиздате, но никак уж не от главного редактора русского GQ и автора целых двух книг, одна из которых называется “Зимняя коллекция смерти” (а вторая, как мы только что узнали, “Семь ангелов”). Николай, вы бы не бросали прием лекарств, а то мало ли, совсем перестанете нас радовать.

Тем временем ко мне в руки попала запись с камер наружного наблюдения, на которой Николай Усков ссорится с Леонидом:

UPD 1 Леонид ответил на ответ и привел-таки еще одну цитату из опуса Николая. По точному комментарию Леонида, немного похоже на перевод Дэна Брауна, выполненный гастарбайтером. Ее все равно разорвут на цитаты, — вы должны быть способны поддержать разговор.

Наслаждаемся:

Если бы главный редактор открыл глаза мгновением раньше, то заметил бы у противоположной стены человека. Он стоял в нерешительности, раздумывая, как ему поступить. Потом тихо, на цыпочках, растворился в темноте дверного проема. Так что когда Алехин очнулся, перед ним простиралась совершенно пустынная зала, залитая лунным светом. Кен проглотил слюну и мотнул головой. Видение креста было настолько реальным, что его мутило. Тем не менее он заставил себя снова закрыть глаза и мысленно вернулся наверх, на 45-метровую высоту, туда, где к кресту была прибита табличка “Iesus Nazarenus Rex Iudeaorum”.

Из этой цитаты мы также узнаем, что Николай, вероятно, никогда в жизни не слышал про Гугл и Википедию (хотя бы), а также, что искрящиеся в полумраке ровные ряды белых зубов – это только начало. Ну потому что не каждый может раствориться на цыпочках в темноте дверного проема. Николай, пеши исчо.

UPD 2

Николай Усков: «Этот мир интереснее, чем сортир, в котором живет большинство соотечественников»:

— Ну вы же понимаете, что никакой товар в современной экономике не продвигается без медиасрача (бывший редакционный директор slon.ru Леонид Бершидский выложил смехотворный эротический эпизод из романа; Усков в ответ назвал его «мудилой» — Прим.ред). А про то, что Бершидский работает в «Эксмо», я узнал уже в процессе и удивился очень, правда. Мне еще от них звонили и говорили, что нас всех сейчас обвинят в сговоре. Я живу в интернете давно уже и я знаю, как устроен интернет-дискурс. И без, к сожалению, крепких слов, без эмоций обнаженных добиться ничего невозможно.

Ололо, Николай. Вы бы молчали уж.

Шпайш машт флоу

Срач вокруг “Русского Бумера”.

Про роман “Цветочный крест” Елены Колядиной, 2 декабря получивший “Русского Букера”, уже написано немало. Отметился даже портал для малолетних любителей короткоствола. Из адекватных изданий, извините, доставили: колонка на Ленте (Артем Ефимов – Привет из афедрона), интервью пейсательницы на “Взгляде” и рецензия в Ъ. Но по-настоящему шикарный текст по теме вышел на OpenSpace:

Я вот не имею ни малейшего представления о том, чем руководствовалось жюри, награждая этот изумительный во всех отношениях текст, и знать об этом ничего не желаю. Но мне представляется важным, что стечением обстоятельств, действовавших через прозаика Колядину, через часть редколлегии журнала «Вологодская литература» и через членов жюри «Русского Букера», в фокус общественного внимания на короткое, видимо, время, но все-таки оказался вытолкнут чудовищный по качеству текст — образец запредельной и притом органической, естественной невменяемости, исторической, языковой, какой угодно. «Цветочный крест» — почти лишенный членораздельности шмат бормотания, мычания, вскрикиваний и причмокиваний. Зрелище неприятное и страшноватое: история, рассказанная идиотом и полная этого самого. Дискурсивный фурункул.

OPENSPACE.RU

мнение

И всхлип, и взрывИ всхлип, и взрыв

Нынешняя русская словесность поставила «Цветочный крест» на собственных попытках объяснить что-нибудь нам или себе самой сколько-нибудь внятно и членораздельно, – полагает МАРТЫН ГАНИН

Дальше ›

***
Я по диагонали пробежал “Цветочный крест” (есть на Либрусеке) и, в общем-то, удивлен. Во-первых, соседство повестушки из журнала “Вологодская литература” рядом с, чего уж там, великолепным “Домом, в котором…” Мариам Петросян само по себе странно . Во-вторых, продираться сквозь этот набор букв тяжело, даже если просто просматривать. В третьих, весь набор подобной лексики способен впечатлить и как-то порадовать лет в 13; видимо, членам жюри “Русского Букера” как раз столько. В четвертых, о чем совершенно правильно говорится в другой колонке на OpenSpace (Юлия Любимова – Не на месте), “Крест”, по сути, скорее фанфик. Такое трогательно произведение, набитое в “Ворде” ночью на каникулах поклонником, скажем, Алекса Орлова (см. также книжку, читаемую главным героем в романе Андрея Подшибякина “Игрожур”). “Его воспрявшее естество вошло в ее разгоряченное лоно” и так далее. Это, безусловоно, круто и достойно публикации где-нибудь в блоге автора на LiveJournal или на Самиздате, но на каком основании фанфику присудили одну из главнейших российских литературных премий? В следующем году “Большую книгу”, наверное, присвоят серии S.T.A.L.K.E.R..

Stoopid monkey

Книга “Поверженный разум” Хосе Антонио Марины.

В этой книге я свергаю разум с его платонического трона, восседая на котором он был поглощен лишь самим собою, математическими построениями или плетением затейливого кружева картезианских рассуждений.

Аннотация к “Поверженному разуму” Хосе Антонио Марины обещает чуть ли не новое Откровение. Но вполне ожидаемо попытка объять необъятное и дать рациональное толкование глупости с самого начала начинает проседать, а ближе к середине и вовсе падает с высоты самомнения Марины. Лев Данилкин в своей рецензии упомянул о том, что у Марины патологически отсутствует чувство юмора и это, пожалуй, ведет к тому, что книга просто нечитабельна и напоминает скорее реферат “на тему”, чем что-то серьезное.

Вообще, “Поверженный разум” удивительно похож на учебники отечественных авторов по социологии и философии. В потоках словоблудия и вверченных в текст чужих цитат теряются сам автор, пытающийся разобраться читатель и мысли обоих. В итоге никто ни к чему не приходит и придти не может в принципе.

Не рекомендую. Никак и никому.

William Gibson – Zero History & Interview

У Уильяма Гибсона вышла новая книга, замкнувшая “Трилогию Бигэнда” (первыми двумя были “Распознавание образов” и “Страна призраков” соответственно).

Все желающие могут скачать архив с тремя версиями (*.lit / *.epub / *.mobi) по ссылкам:

http://www.mediafire.com/?pez1q6fa1d9cl5r
http://rghost.ru/2577715
http://narod.ru/disk/24696626000/ZeroHistory.rar.html

Мой ридер съел epub и я, кажется, зависну на ночь.

Также на Wired крайне любопытное интервью, в котором много всего интересного: William Gibson Talks Zero History, Paranoia and the Awesome Power of Twitter

After a few days on Twitter, what was most evident to me is that, if you set it up right, it’s probably the most powerful novelty aggregator that has ever existed. Magazines have always been novelty aggregators, and people who work for them find and assemble new and interesting stuff, and people like me buy them. Or used to buy them, when magazines were the most efficient way to find novel things.

But now with Twitter, after following people who have proven themselves to be extremely adroit and active novelty aggregators, I get more random novelty every day that I can actually use. A lot of it just slides by, but a lot of it is stuff that I used to have to go through considerable trouble to find. And a lot of it is so beyond the stuff I used to be able to find, which is good.

Постапокалипсис для самых маленьких

О книге Владимира Березина “Путевые знаки”.

Если честно, я практически с самого начала следил за проектом Глуховского “Метро” (тогда еще без 2033). Идея была хороша: московское метро, постапокалипсис, мутанты, темнота туннелей и все такое прочее. Однако когда книжка вышла, я был разочарован: вместо всего вышеперечисленного, я получил фанфик “по теме” (Fallout, Mad Max, “Один против всех” и еще что-нибудь). Все попытки Дмитрия прописать характеры персонажей и атмосферу провалились. Все ~300 страниц герои ползут сквозь метро, заодно пытаясь изображать то, что Дмитрий считает проявлением чувств.
Однако на удивление книга наделала много шума, продалась хорошими тиражами, была выпущена игра, также на удивление хорошо принятая, хотя казалось бы. В итоге дилогия дала спин-офф в виде серии “Вселенная Метро 2033”, первой частью которой стали “Путевые знаки” Владимира Березина: весь ужас отечественной “боевой фантастики” в одном томе.

По стилю и композиции “Путевые знаки” больше всего напоминают прохождение старого квеста, опубликованное в журнале Игромания 1999 года, написанное рубленным слогом отставного прапорщика, на досуге ваяющего ту самую боевую фантастику про приключения Русского Космического Православного Крейсера “Коловрат”. Если у Глуховского временами пробивалось хоть что-то, отдаленно напоминающее книгу, то здесь просто беспросветный мрак (туннелей метро). “Он мне рассказал – я вспомнил – они пришли – мы пошли – мы поговорили – я вспомнил – мы пошли” – и так до конца.

Однако во всем этом есть и плюс – я теперь не думаю, что Глуховский – самый бездарный графоман в России.

Юнас Гардель как луч света

Юнас Гардель и Чак Паланик.

Третьего дня дочитал книгу (цитирую) “почетного гомосексуалиста Швеции” Юнаса Гарделя “Вот так уходит день от нас, уходит безвозвратно”. Если говорить по-школьному, то автор раскрывает перед нами тему мирской тщеты в социально-благополучном шведском обществе, выдвигая на первый план экзистенциональные страдания четырех представителей типичной современной семьи. Но это, во-первых, избитый штамп из школьных сочинений, а во-вторых, не особо интересно – про трагедию “маленького человека” в жестоком современном (или пост-современном) обществе потребления сами знаете, не маленькие.

В течение всего времени, что я читал эту книгу, меня не покидала мысль, что где-то я все это видел. Ближе к концу меня осенило – Чак Паланик – общее ощущение примерно такое же. Для меня Паланик кончился на “Уцелевшем”, остальное я дочитывал по инерции – появилось четкое понимание того, что он пишет не потому, что у него душа болит, а потому что (1) контракт, (2) его так научили. Единственная по-настоящему сильная вещь Паланика, как ни странно, “Бойцовский клуб”, бесконечно растиражированный и популярный среди весьма широких масс (которые, однако, не догадываются, что книжка-то, а тем более фильм, не про драки вовсе). Я охотно верю, что “Бойцовский клуб” писался как ответ издателям, это чувствуется, но вот все остальное – увы. Курсы писательского мастерства дали ему четкое понимание того, как писать, но зачем, видимо, не объяснили. Результат – написанные как под копирку книжки, различающиеся, по сути, только именами собственными.

С Гарделем у меня вышла такая же история: модная тема, надо было что-то написать, чтобы, значит, не только “почетный гомосексуалист”, но еще и “модный писатель”. Идеи-то правильные, но все равно скучно и как-то гаденько.